Алексей Николов (a_nikolov) wrote,
Алексей Николов
a_nikolov

Category:

Памяти Орхана Джемаля

        Двух других погибших вчера в Африке ребят я лично не знал, ничего про них рассказать не могу такого, чего не знали бы все остальные. Могу только выразить соболезнования родным и близким.
          А с Орханом был знаком. Поэтому про него пару прощальных слов напишу.
          У Орхана Джемаля было другое, не журналистское прошлое, но оно существовало в каком-то совсем ином измерении, словно относилось к совершенному другому человеку. Геология... спелеология... картография... Для всех вокруг (и для меня тоже) Орхан был абсолютным, совершенным воплощением только одной профессии: военного корреспондента. Включая ту некоторую профессиональную деформацию, которая присутствует практически у всех настоящих военкоров - непреодолимая, буквально наркотическая тяга к тем местам, где опасно. С непременным уточнением: тяга, основанная не на убогой "жажде адреналина", как у того актеришки, что нынче стреляет из укрытия и под охраной бравых молодцов по жителям Донбасса. Тяга к опасности, но основанная на знании того, что только там, в самой сердцевине, в той самой опасной точке и можно найти ту самую правду, которую он и только он обязан выкопать и донести до мира. Заплатив за нее, эту правду, любую цену, какую спросит судьба.
          Зайдя сейчас на Википедию, прочел, что в августе 2008 года он, оказывается, "сопровождал батальон "Восток". Это - отличный пример того, насколько "часть правды" не соответствует понятию "правда". Да, сопровождал. Но гораздо важнее совсем другое, то, о чем в Википедии нет ни слова. После того, как грузинская армия по приказу Саакашвили начала обстрел Цхинвала, Орхан сделал то, что должен был сделать настоящий военкор - пробрался, правдами и неправдами, реально рискуя жизнью, через линию фронта в Южную Осетию, чтобы увидеть своми глазами то, что там происходит, и рассказать об этом читателям. И пока толпы западных корреспондентов сидели в Тбилиси, получив аккредитации от грузинского пресс-центра, и прилежно воспроизводили в своих репортажах получаемые пресс-релизы от нанятого Мишей PR-агентства (я позже встречался с его главой и много интересного узнал от него о тех событиях; а разговорчив он было изрядно, поскольку обиделся на Мишу, который его обманул, не заплатив обещанных денег; впрочем, это уже другая история) и изредка томно жаловались, что им не организовали "пресс-тур к местам боев", Орхан занимался тем, что считал своим долгом: пробрался к месту событий и вел оттуда репортажи. Кстати, помимо него в тот момент в Южной Осетии из журналистов находилась, по-моему, только наша Оксана Бойко со своей группой.
          Помню, как при мне на одном международном журналистском мероприятии зашла речь о тех событиях, и репортер очень известного международного канала, в августе 2008 года как раз сидевший в Тбилиси, жеманно произнес что-то вроде "к месту боев тогда невозможно было получить доступ". И Орхан рассвирипел: а кто вам должен обеспечить доступ, когда идет война? Тот, кто хочет попасть к месту событий,  пробирается, не прося доступа. А если человек сидит и ждет, когда ему обеспечат доступ - какой он вообще военный корреспондент?
           Последний раз мы с Орханом разговаривали около четырех лет назад. Он тогда приходил к нам и предлагал делать на RT программу с его участием. Это было уже после его ранения; он больше не мог не то, что бежать под обстрелом - он ходил медленно и с палочкой, хромая. И было понятно, что это, увы, уже навсегда. Мы побеседовали, попили чаю и договорились не теряться. После чего, как чаще всего и бывает, потерялись и больше не встречались. И теперь уже встретимся только на его похоронах.
          Честно говоря, я тогда был уверен, что его карьера репортера, тем более военного, в любом случае закончилась, и ему придется переходить в аналитики. Оказалось, я ошибся. Орхан не мог избавиться от своего наркотика - стремления к погоне за той самой правдой, ключ к которой запрятан в самом опасном месте. Да и не хотел от него избавляться, я думаю.
          По крайней мере, если бы ему самому при жизни сообщили, что ему суждено умереть, не дожив до 52-х лет, и предложили выбрать, как именно погибнуть - наверняка он выбрал бы смерть "при исполнении", во время подготовки очередного репортажа "из самого пекла". Что, в общем, и случилось. Очень надеюсь, что смерть всех троих ребят случилась быстро и без мучений.
          Светлая им память. Светлая память настоящему военному корреспонденту Орхану Джемалю.
       

Tags: Орхан Джемаль, журналистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments