Categories:

Неделикатный вопрос про инцидент с Маргаритой Симоньян и Любовью Соболь на "Эхе Москвы"

Про вчерашний шедевр от видного представителя оппозиции Любови Соболь, надеюсь, все уж знают — не стану тратить время на пересказ. Рассуждать о том, насколько укладывается в минимальные рамки приличия преследование с камерой по коридорам беременной женщины (а у Маргариты живот уже весьма заметен), независимо от разницы ваших с ней политических убеждений, тоже не вижу смысла. 

С утра уже прочел несколько комментариев от либерально мыслящих людей в духе «Конечно, преследовать беременную женщину, может, и не очень хорошо — но зато пусть теперь задумается, сука, как себя чувствуют россияне, живущие под пятой кровавого Путина, которого такие вот пропагандоны, как она...». И так далее. 

Ну, у людей такие вот либеральные убеждения. Они вот так понимают общечеловеческие ценности. Ничего страшного, мы привыкли. Я о другом.

Главный редактор «Эха Москвы», как положено просвещенному человеку и кавалеру разных наград, присужденных за достижения в области борьбы за права человека и общечеловеческие ценности, незамедлительно принес в прессе свои извинения за то, что Любовь Соболь преследовала Маргариту в коридоре «Эха Москвы», куда она (Маргарита) пришла, естественно, по приглашению «Эха Москвы» для участия в программе.

Однако главный редактор, произнеся стандартную формулу — приношу извинения, желаю скорейшего выздоровления — загадочным образом совершенно обошел в своих горячих пожеланиях вопрос о том, как же именно Любовь Соболь со своей съемочной группой в этом самом коридоре оказалась и кто ее туда впустил.

Давайте расскажу вам, как устроен пропускной режим на свободолюбивой радиостанции (я там последний раз был лет 8 назад, но принципиально с тех пор ничего не изменилось — разве что стало еще строже).

«Эхо Москвы» расположено в здании-«книжке» на Новом Арбате. Для того, чтобы попасть в здание, вы должны миновать пост охраны на первом этаже — он общий для всех арендаторов. Ну, допустим, его можно как-то обойти — например, проникнуть через подвал; получить пропуск от другого арендатора; уговорить охранника, что тебе «точно можно»; дать ему взятку, наконец. Допустим.

Затем надо подняться на 14-й этаж — и вот здесь, на входе в помещения радиостанции, стоит второй пост охраны, который уже принадлежит непосредственно «Эху» и только его начальству подчиняется. 

Попасть в этот длинный коридор никаким другим способом, кроме как пройдя через двух здоровенных мужиков на входе, нельзя никаким образом.

Судя по всем рассказам, прогрессивная Любовь Соболь полчаса ждала Маргариту с камерой на 14-ом этаже, у входа. Стало быть, на первом посту (внизу)  ей кем-то был заказан пропуск.  Впрочем, как уже сказано выше, она теоретически могла миновать первый пост и без помощи «Эха». Допустим, что так и было.

Но вот затем, как подтверждают все, Любовь Соболь, когда ей было при входе на «Эхо» отказано в интервью (ввиду отсутствия предварительных договоренностей), вместе с оператором и камерой беспрепятственно зашла в помещения «Эха», после чего стала навязчиво и даже хамски преследовать Маргариту по хорошо известному редакционному коридору, увешанному фотографиями знаменитостей, которые ранее удостоились чести пообщаться с главным редактором радиостанции. 

Это преследование закончилось тем, что Маргариту пришлось отправлять в больницу. А она, между тем, отличается довольно редкой устойчивостью — и даже, я бы сказал, мужеством. Во время предыдущих двух беременностей она вообще не уходила в декрет и старалась не менять свой обычный график работы, проводя все летучки, встречи, ходя на совещания и т.д. (разве что с первым ребенком немного полежала на сохранении уже на 9-ом месяце — врачи настояли). Так что видный оппозиционер Соболь, видимо, предприняла изрядные усилия, чтобы отправить ее в больницу.

Так вот, у меня неделикатный вопрос: а каким же это образом Любовь Соболь попала на территорию «Эха», если там на входе стоят два дюжих мужика, которые никого внутрь не пускают, пока с самым свирепым видом не изучат его паспорт, и никому, кроме главного редактора «Эха», не подчиняются? Кто же ей туда заказал пропуск?

И, кстати, почему уже после того, как стало понятно, что Любовь Соболь ведет себя совершенно неадекватно, её в этом страшно охраняемом коридоре никто не остановил, так что Маргарите пришлось прятаться от неё в одном из кабинетов? Почему охрана, которая по бравому виду и устрашающей манере поведения ничем не уступает президентской, не получила от главного редактора команды вмешаться?

Интересные вопросы, правда? Хе-хе-хе...

 

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.